Проект кафедры истории медицины Московского государственного медико-стоматологического университета им. А.И. Евдокимова

В первой половине XIX века передовые хирурги признали необходимость точного знания анатомии для проведения оперативных вмешательств. В этом отношении значительной была роль отечественных хирургов. Причинами этого явились особенности развития медицины в России в прошлом. В XVI—XVII веках Россия не знала того цехового деления медицинских работников, которое в период феодализма разделяло их в странах Западной Европы. В Московской Руси не было цехов докторов, цирюльников и т. п. Цеховое деление медицинских работников существовало в западных русских и украинских областях, в Польше и отчасти в Прибалтике, вошедших в состав России в XVIII веке. Автор первого оригинального русского учебника по хирургии И. Ф. Буш в начале XIX века правильно и четко характеризовал положение.

Он писал: «Русские врачи никогда не входили в тщетные и врачебной науке вредные прения иностранных врачей об отделении хирургии от медицины».

В конце XVII и в XVIII веке при организации школьной медицинской подготовки будущих врачей в России не было разделения на докторов медицины (со школьной подготовкой) и хирургов, получавших знания и практические навыки в порядке ремесленного ученичества. Отечественные врачи, получившие школьное образование, по своей подготовке не уступали докторам медицины, а наряду с этим имели преимущество, так как они владели и практическими навыками хирургов и не погрязли в дебрях схоластики. В XVII веке в школе Аптекарского приказа, а особенно в госпитальных школах XVIII века в России врачи проходили анатомическую и хирургическую практику. Передовые русские врачи-преподаватели (М. И. Шеин, К. И. Щепин, С. Г. Зыбелин) давали своим ученикам разностороннюю подготовку. В XVIII веке в России установилось твердое положение, что хирург должен хорошо знать анатомию. О необходимости знания анатомии, тесной связи хирургии с анатомией не забывали " течение всей своей деятельности многие выдающиеся деятели отечественной медицины конца XVIII века и первой половины XIX века. Ь Западной Европе на протяжении XVIII века, а в некоторых странах Даже в первой половине XIX века хирургия носила следы средневековых "традиций и ремесленной подготовки хирургов. Многие хирурги не знали анатомии, не оценили к тому времени ее значения для хирургии. Анатомия и хирургия в XVIII веке и первой половине XIX века в России развивались в тесной связи, и только к середине XIX века произошло их разделение.

[...]в Акарском приказе и позднее в госпитальных школах XVIII века, по характеру и уровню своей медицинской подготовки могли быть приравниваемы только к цирульникам и хирургам Западной Европы того времени.

В первой половине XIX века хирургические вмешательства ограничивались наружными частями и конечностями человеческого тела. По аналогии с отделениями «для внутренних болезней» (терапевтическими отделениями) отделения в больницах, где помещались хирургические больные, назывались отделениями «для наружных болезней».

Крупную роль в развитии анатомии в России сыграл Петр Андреевич Загорский (1764—1846). В 1786 г. он окончил школу при Петербургском генеральном сухопутном госпитале, после чего в том же училище работал 'прозектором «а кафедре анатомии, физиологии и хирургии. Проведя после этого 6 лет на практической врачебной военной и гражданской службе, П. А. Загорский в 1797 г. вновь стал работать в Петербурге в качестве адъюнкт-профессора, а в 1799 г. при преобразовании госпитальных училищ в Медико-хирургическую академию и отделении при этом от кафедры анатомии и физиологии вновь созданной специальной кафедры хирургии в Медико-хирургической академии П. А. Загорский возглавил кафедру анатомии и физиологии и руководил ею до 1833 г.

Анатомию П. А. Загорский рассматривал как часть естествознания; ее он разрабатывал и преподавал применительно к хирургии, акушерству, судебной медицине. Он уделял много внимания педагогической работе. Им была составлена программа курса анатомии, разработана методика преподавания, проводилось обучение студентов на трупе, составлен учебник анатомии для студентов. П. А. Загорский в полном смысле слова явился основателем анатомической школы. Им были подготовлены помощники и ученики, впоследствии занявшие кафедры анатомии в Петербурге, Харькове и Казани, проводившие и развивавшие идеи учителя.

Вершиной педагогической деятельности П. А. Загорского в области анатомии явилось составление им и издание в 1802 г. учебника «Сокращенная анатомия или руководство к познанию строения человеческого тела», получившего широкое распространение в высших школах России, выдержавшего за 1802—1830 гг. пять изданий. Учебник П. А. Загорского оказал большое влияние «а формирование воззрений отечественных врачей первой половины XIX века.

Кроме педагогической деятельности в Петербургской медико-хирургической академии П. А. Загорский проявил себя крупным исследователем. В 1805 г. он был избран членом Петербургской академии наук по кафедре анатомии, физиологии и зоологии. Загорский изучал развитие и изменения артерий и широко пользовался сравнительно-анатомическим методом. В своих исследованиях он продолжал естественнонаучные традиции А. Н. Радищева, фактическим материалом подтверждая эволюционные положения, высказанные философом-революционером. В Академии наук II. А. Загорский по должности получил в заведование «кабинет монстров», содержавший большую коллекцию уродств. Начало собирания этой коллекции восходит ко времени Петра I, по распоряжению которого в 1714 г. сенатом был издан указ о присылке уродов людей и животных в Петербург в кунсткамеру, вошедшую впоследствии в Академию наук. В течение XVIII века в музее Академии наук скопилось большое количество таких препаратов. К приходу П. А. Загорского они нуждались в приведении в порядок. Он просмотрел всю коллекцию, удалил испортившиеся вследствие плохого хранения препараты, заменил консервирующие жидкости.

П. А. Загорский не ограничился простым наведением порядка в музее. Он занялся тератологией (изучением уродств), принципиально важным для времени вопросом, так как научный спор между представителями преформизма и сторонниками учения эпигенеза продолжался.

П. А. Загорский стоял на позициях эпигенеза, признавал развитие и под углом зрения этой концепции рассматривал проблемы тератологии, подкрепляя свои взгляды анатомическим исследованием трупов людей-уродов. Он описал многочисленные аномалии и вариации. В своих исследованиях П. А. Загорский опроверг теорию преформизма, разработал критерии для понимания уродств, создал классификацию уродств и опроверг мистические представления об их происхождении. Ему были чужды натурфилософские умозрения, распространенные в то время.

П. А. Загорский применял методы химии, исследовал жидкие составные части человеческого тела и отверг идеалистическую концепцию о жизненной силе. Он писал: «Во влагах человеческого тела нет никакой жизненной силы». Исследуя кровь, в частности ее красящее вещество («багряность» по терминологии Загорского), он определил, что гемоглобин содержится в эритроцитах, что в его состав входит железо, играющее роль В обмене кислорода. Этим П. А. Загорский подкрепил положение М. В. Ломоносова и Лавуазье о роли эритроцитов в переносе кислорода.

Современником П. А. Загорского, работавшим в области анатомии и хирургии, был Иван Федорович Буш (1771 —1843). Он родился в Нарве, был сыном солдата ганноверской армии, переселившегося в Россию в 1740 г. В 1785—1788 г. И. Ф. Буш учился в Петербурге в Калинкмнском медико-хирургическом институте и в 1788 г. (в возрасте 17 лет) во время войны со Швецией был   выпущен   лекарем   во   флот.

Будучи единственным врачом на крупных по тому времени военных кораблях, И. Ф. Буш оказывал медицинскую помощь раненым во время морских сражений: во время одного из боев на руках молодого медика оказалось более 200 раненых. В 1790 г. И. Ф. Буш стал прозектором и преподавателем госпитальной школы в Кронштадтском морском госпитале. С 1797 г. И. Ф. Буш перешел преподавателем анатомии и физиологии в Калинкинский медико-хирургический институт, который при образовании Петербургской медико-хирургической академии был слит с Петербургским медико-хирургическим училищем. В Медико-хирургической академии с 1800 г. И. Ф. Буш занял выделенную специальную кафедру хирургии и до 1833 г. руководил ею.

Главная заслуга его заключалась в педагогической деятельности. В Медико-хирургической академии, читая курс хирургии, И. Ф. Буш добился значительного улучшения преподавания и расширения хирургической клиники. Как пример глубокого понимания И. Ф. Бушем своих задач следует отметить то обстоятельство, что он, немец по происхождению, с 1800 г. читал лекции на русском языке (на много ранее других, даже русских преподавателей высшей школы того времени, продолжавших читать лекции на латинском языке). И. Ф. Буш умело подбирал себе помощников и создал школу хирургов. Его ученики Савенко и Саломон заняли кафедры, И. Ф. Буш выделил преподавание практической, теоретической и оперативной хирургии. В 1807 г. он напечатал составленный им первый на русском языке оригинальный учебник «Руководство к преподаванию хирургии» в 3 томах. За 1807—1833 гг. этот учебник выдержал пять изданий.

И. В. Буяльский. Учечиком, помощником и преемником по кафедре П. А. Загорского в области анатомии и учеником И. Ф. Буша в области хирургии был Илья Васильевич Буяльский (1789—1866), объединивший в одном лице анатома и хирурга. В 1814 г. И. В. Буяльский окончил Петербургскую медико-хирургическую академию. Еще в студенческие годы он работал при кафедре анатомии у П. А. Загорского. С 1817 г. он бы\ адъюнктом при кафедре хирургии у И. Ф. Буша. С 1825 по 1844 г. И. В. Буяльский преподавал анатомию в Петербургской Медико-хирургической академии, сначала в качестве помощника П. А. Загорского, а после ухода П. А. Загорского в отставку (1833)—в качестве руководителя кафедры. Длительное время (1831—1866) И. В. Буяльский преподавал анатомию в Академии художеств.

В 1844 г. И. В. Буяльский напечатал «Краткую общую анатомию человеческого тела». В этой книге он подчеркнул   прикладной характер анатомии, показав   себя   в  Вольский (1789-1866) достойным учеником.

И. В. Буяльский   разделял эволюционные мысли своего учителя, стоял на позициях постепенного развития органического мира и высказал ряд прогрессивных мыслей о природе как едином целом, проводил сравнительно-анатомические параллели, часто обращался к данным эмбриологии, останавливаясь на возрастных различиях и признавая изменчивость человеческого тела в течение жизни. И. В. Буяльский провел исследования по анатомии сосудов, нервной системы и внутренних органов, сам изготовил многочисленные музейные препараты. Особенно прославился он изготовлением коррозионных препаратов сосудов почек.

Одновременно с преподаванием анатомии в Медико-хирургической академии И. В. Буяльский не прекращал практической хирургической Деятельности и с 1831 по 1864 г. состоял консультантом большой больницы. Он произвел более 2000 больших операций. Анатомическая подготовка И. В. Буяльского помогла ему стать блестящим хирургом. Он в совершенстве владел техникой и оперировал очень быстро. Буяльский разрабатывал важнейшие вопросы хирургии того времени: хирургию кровеносных сосудов и мочевых путей и пластическую хирургию. Он внес усовершенствования в оперативную технику, усовершенствовал и предложил несколько инструментов: турникет, лопаточку, акушерскую ложечку. Когда был предложен эфирный наркоз, И. В. Буяльский будучи уже немолодым, одним из первых русских хирургов стал применять его в практике.

Блестящий хирург И. В. Буяльский отличался чуткостью и гуманностью. Он писал: «Легко отнять руку и ногу, щегольнуть изяществом операций, но никогда еще не удавалось приставить ошибочно отнятую руку или ногу, и напрасное увечье, как бы оно блистательно произведено ни было, не вознаградится ни славой хирурга, ни поздним его раскаянием; обязанность честного человека семь раз подумать, прежде чем один раз отрезать. Операция делается для того, чтобы сохранить жизнь, но нам следует думать и о том, чтобы эта сохраненная жизнь по возможности была менее тягостна»

Для развития хирургии и внедрения в нее анатомического направления большое значение имели составленные И. В. Буяльским и его учениками хирургические атласы. Первый выпуск «Анатомико-хирургических таблиц», составленный самим И. В. Буяльским, был посвящен операциям перевязывания больших артерий. Атлас представлял собой собрание больших таблиц, причем были даны параллельно таблицы анатомические и хирургические. На анатомической таблице было изображено строение отдельной области тела, где обычно производится перевязка крупной артерии, взаимоотношение отдельных органов, «анатомия частей, операции подвергаемых или окололежащих». Соответственно на хирургической таблице были изображены положение больного при операции, место проведения разреза и проекция на кожу «главнейших, лежащих в глубине частей». Все рисунки были воспроизведены в натуральную величину с препаратов, изготовленных И. В. Буяльским. В 1852 г. им был издан следующий выпуск — «Анатомико-хирургические таблицы, объясняющие производство операций вырезывания и разбивания мочевых камней». Атлас И. В. Буяльского нашел широкое признание как среди отечественных, так и иностранных хирургов того времени.

И. В. Буяльский был первым русским хирургом, получившим большую известность не только в нашей стране, но и за ее пределами. В. А. Оппель в своей «Истории русской хирургии» писал: «Буяльский — это авторитет европейской величины». И. В. Буяльский был представителем анатомического направления в медицине. Своими работами он показал, каких успехов достигла русская хирургия. И. В. Буяльский боролся за русскую науку: все свои труды он печатал только на русском языке, что в то время было необычно. И. В. Буяльский был лучшим хирургом своего времени, главным образом практиком, отразившим передовые достижения науки.

Е. О. Мухин. Разносторонним по своим научным интересам, преподавательской и практической врачебной деятельности был Ефрем Осипович Мухин (1766—1850). После окончания Харьковского коллегиума, находясь в войсках Потемкина, Е. О. Мухин в 1789 г. окончил организованную для пополнения врачебных кадров воинских частей школу при Елисаветградском госпитале, после чего там же преподавал анатомию и хирургию и читал курс «О костях, вывихах, переломах и лекарственных перевязках». Переехав в Москву в 1795 г., Е. О. Мухин был адъюнктом патологии и терапии в Московском медико-хирургическом училище. Последнее в 1800 г. было преобразовано в Московскую медико-хирургическую академию, где Е. О. Мухин до 1818 г. преподавал анатомию и физиологию. Одновременно с этим с 1813 г. по 1835 г. Е. О. Мухин читал анатомию, физиологию и судебную медицину на медицинском факультете Московского университета. Кроме преподавания, Е. О. Мухин занимался практической врачебной работой в московских больницах, был первым главным врачом Голицынской больницы в Москве (ныне городская больница № 1 имени Н. И. Пирогова), много внимания уделял медицинской администрации и участвовал в борьбе с заразными болезнями.

Многолетнее преподавание медицинских дисциплин, большой клинический опыт работы в военных и гражданских лечебных учреждениях по внутренним болезням и хирургии, длительная работа Е. О. Мухина в высшей медицинской школе на административной работе показали крайнюю нужду в учебниках для студентов. Е. О. Мухин много сделал для того, чтобы удовлетворить эту потребность жизни. Он сам составил и напечатал в 1806 г. «Первые начала костоправной науки», посвященные лечению вывихов и переломов, написал в 1811 г. и в 1818 г. напечатал Руководство по анатомии». Будучи деканом медицинского факультета Московского университета, Е. О. Мухин отобрал лучшие иностранные учебники, которые по его указанию были для нужд студентов переведены на русский и латинский языки и напечатаны Московским университетом.

Много внимания Е. А. Мухин уделял теоретическим вопросам медицины— физиологии и патологии. Большое значение он придавал нервной системе. В этом отношении особый интерес представляет сочинение Е- О. Мухина «О стимулах, влияющих на человеческий организм», где он пытался научно понять и изучить влияние внешнего мира на человека. Что касается стимулов нервной системы, то Е. О. Мухин различал стимулы центральные, которые рождаются в мозгу, и внецентральные, которые возникают в нервах или узлах. Разделяя стимулы на центробежные и центростремительные, он выделял стимулы, идущие по нервам к мозгу от внутренних органов. Е. О. Мухин главной системой человеческого организма считал нервную систему. «Нервная система есть связь, соединяющая неделимое с общим организмом и со всеми предметами, его окружающими». «Нервы служат отражением целости нашей жизни». «Мозг есть материальное условие умственных способностей, т. е. отправлений ума».

Мухин имел многочисленных учеников и последователей, которые развивали его положения. Так, например, А. Солнцев в своей диссертации (1825) писал: «Никогда не появляется в душе у живого человека идея при отсутствии мозгового процесса... ощущение есть необходимое изменение мозга, порожденное органом чувств». Другой ученик Е. О. Мухина С. Громов указывал (1830): «...Душа наша столь тесно сопряжена с телом, что расстройства оной рано пли поздно, в большей или меньшей степени, влекут за собой расстройства тела и обратно».

В лечении Е. О. Мухин различал меры чисто врачебные и меры природные. По его мнению, при некоторых болезнях (например, холере) надо начинать всегда с врачебных мер, постепенно усиливая даваемое лекарство, пока состояние организма не дойдет до такого уровня, когда лечение можно предоставить силам природы. Е. О. Мухин различал лечение предохранительное, облегчительное, или паллиативное, при помощи которого умеряется сила припадков, и врачевательное, или искоренительное, когда уничтожается болезнь. Для достижения первой цели должно соблюдать приличный образ жизни, употреблять качественно и количественно приличную пищу, а для второй цели «должно употреблять внутренние и наружные средства против силы и влияния припадков». Е. О. Мухин понимал огромное значение знания народной медицины и призывал слушателей изучать ее. Он писал: «...Я нередко внушал им (слушателям), чтобы они, наипаче в местах родины своей, открывали средства, между народом употребляемые против важнейших болезней, и сообщали бы о том, где прилично будет, для приведения в известность для общей пользы».

Крупным деятелем отечественной медицины, активным участником перестройки медицинского образования в России в середине XIX века был Федор Иванович Иноземцев (1802—1869) , с 1835 г. по 1859 г. преподававший хирургию в Московском университете. Ф. И. Иноземцев принимал активное участие в расширении и улучшении системы медицинского образования; в целях улучшения клинической подготовки будущих врачей, он ставил задачу «образовывать как можно более научно-практических врачей». Одновременно с Н. И. Пироговым Ф. И. Иноземцев способствовал выделению госпитальных клиник, разделил кафедру практической хирургии на кафедру хирургической факультетской клиники и кафедру оперативной хирургии с топографической анатомией, разработал подробные программы. Кроме клинических лекций с демонстрацией препаратов и практических занятий в клинике, Ф. И. Иноземцев требовал обязательного производства студентами операций на трупах, обработки топографо-анатомических препаратов.

Будучи широко образованным врачом, Ф. И. Иноземцев в своих сочинениях выступал против натурфилософских и гуморальных учений, способствовал разработке анатомо-физиологического направления, выяснению роли нервной системы в физиологических и патологических процессах. Будучи хорошим преподавателем, он оставил много учеников и последователей. В середине XIX века Ф. И. Иноземцев сыграл крупную роль в создании общественной медицины в России: им была основана еженедельная «Московская медицинская газета», в которой обсуждались основные вопросы организации медицинского дела в стране, положение врачей. «Московская медицинская газета» развивала демократическое направление в деятельности врачей, способствовала подъему национального сознания русских врачей и развитию медицинской науки в России. Ф. И. Иноземцев создал в Москве Общество русских врачей.

Крупнейший представитель отечественной медицины XIX века Н. И. Пирогов вписал славные страницы в историю развития медицинской науки. Гениальный анатом, талантливый экспериментатор, разносторонний клиницист-хирург, терапевт, патологоанатом, Н. И. Пирогов был основоположником 'военно-полевой хирургии, одаренным педагогом, немало потрудившимся над развитием медицинского и общего образования в России. На идейно-практической деятельности ученого сказалось влияние крупнейших представителей русской прогрессивной демократической мысли.

Николай Иванович   Пирогов (1810— 1881) в 1828 г. окончил медицинский факультет Московского университета   и был Ф. И. Иноземцев направлен в Дерпт   в  Профессорский ин- С1802—1869). статут для подготовки   к   преподавательской деятельности. В 1832 г. Н. И. Пирогов защитил докторскую диссертацию «О перевязке брюшной аорты». В 1833—1836 гг. он знакомился с преподаванием хирургии и постановкой дела   в Германии   и   Франции. С 1836 г. Н. И. Пирогов заведовал хирургической клиникой в Дерптском университете. В 1841 г. он перешел в Петербург в Медико-хирургическую академию, где по его предложению была создана новая клиника госпитальной хирургии и патологической анатомии; он оставался на этой кафедре до 1856 г. Во время работы в Петербургской медико-хирургической академии Н. И. Пирогов по личному желанию участвовал в оказании медицинской помощи во время военных действий в Дагестане в 1847 г. и в 1854—1855 гг. в Крыму.

Будучи учеником Е. О. Мухина, Н. И. Пирогов изучал анатомию по курсу основоположника русской анатомической школы П. А. Загорского и по атласам И. В. Буяльского. Впитав основные положения своих учителей, уже тогда опередивших ученых других стран, Н. И. Пирогов развил и углубил науку об анатомии. Интерес ученого к анатомическим работам проходит через всю его научную и преподавательскую деятельность. В 1837 г. в Дерпте Пирогов издал свое классическое произведение «Хирургическая анатомия артериальных стволов и фасций», которое сразу поставило 27-летнего хирурга впереди представителей анатомии и хирурги и Западной Европы.

В 1841 г., переехав в Петербург, чтобы продолжать профессорскую Деятельность в Медико-хирургической академии, Н. И. Пирогов читал там свой знаменитый курс лекций по новой науке — топографической анатомии.

В 1843—1844 гг. Н. И. Пирогов оформил основные положения созданной им науки в монументальном труде «Полный курс прикладной анатомии человеческого тела. Анатомия описательно-физиологическая и хирургическая» (атлас   с   обширным    текстом).    Выдающейся    работой великого хирурга является и напечатанный в 1852—1859 гг. классический атлас «Топографическая анатомия, иллюстрированная веденными в трех направлениях распилами через замороженные человеческие трупы». В 4 томах атласа 224 таблицы содержат более 900 рисунков в натуральную величину с распилов головы, шеи, позвоночника, грудной и брюшной полостей и конечностей. Мало известны детали методики, примененной Н. И. Пироговым в этой работе. Он проводил распилы очень близко один, от другого через 6—7 мм («четыре распила на дюйм»).

Н. И. Пирогов писал: «...Никто еще не представил такого полного изображения нормального положения органов, как я».

«Положение многих органов (сердца, желудка, кишок) оказалось вовсе не таким, как оно представляется обыкновенно при вскрытиях, когда от давления воздуха и нарушения целости герметически закрытых полостей это положение изменяется до крайности».

Изобретение способа «анатомической скульптуры» — огромная заслуга Н. И. Пирогова. Оледенелые части, не уступая давлению атмосферного воздуха, удерживали свое положение.

Анатомические работы Н. И. Пирогова поставили его в ряд лучших анатомов мира. Уже в 1837 г. в своей первой крупной работе «Хирургическая анатомия артериальных стволов и фасций» Н. И. Пирогов подчеркивал значение анатомии для практической деятельности хирурга и писал., что только «в руках практического врача анатомия может быть полезной для слушателей». Это положение он постоянно и настойчиво проводил в своей педагогической работе. «С первого же моего вступления в учебно-практическое поприще поставил в основание анатомию и физиологию в то время, когда это направление теперь уже общее, было еще ново».

Н. И. Пирогов отмечал, что «в Германии можно встретить знаменитых профессоров, которые с кафедры говорят о бесполезности анатомических знаний для хирурга... До поездки моей в Германию мне ни разу не приходила мысль о том, что образованный врач, основательно занимающийся своей наукой, может сомневаться в пользе анатомии для хирурга... Сама хирургия не имела ничего общего с анатомией. Ни Руст, ни Грефе, ни Диффенбах не знали анатомии. Диффенбах просто игнорировал анатомию и подшучивал над положением разных артерий». Н. И. Пирогова с полным правом можно назвать создателем и основоположником топографической анатомии и оперативной хирургии. Разработанное в России и подкрепленное трудами Н. И. Пирогова анатомическое направление много способ ствовало успешному развитию хирургии во второй половине XIX века. Хирург и историк русской хирургии В. И. Разумовский оценивал эту работу Н. И. Пирогова в следующих выражениях: «В результате многолетних, неусыпных трудов — бессмертный памятник, не имеющий себе равного... Этот труд обессмертил имя Н. И. Пирогова и доказал, что русская научная медицина имеет право на уважение всего образованного мира» .

Так же восторженно характеризовал эту работу Н. И. Пирогова Другой хирург — В. А. Оппель, который считал, что «распилы замороженных трупов... высечение из замороженных трупов с помощью молотка, долота и кипятка отдельных органов для уяснения их формы — все такие новшества... ставят Н. И. Пирогова в ряд наиболее выдающихся анатомов всего мира и за все времена.. Выводы Пирогова полны громадного практического и теоретического значения... Каждый из них классичен и имеет до сих пор первостепенное значение».

 Стремясь расширить и углубить знания врачей в области анатомии, И. И. Пирогов был инициатором создания в Медико-хирургической академии специального анатомического института. Он усовершенствовал методы исследования и преподавания анатомии, ввел принципы послойного препарирования при изучении анатомических областей, артерий п фасций.

Значение научной деятельности Н. И. Пирогова заключается в создании естественнонаучной основы хирургии и в преодолении в значительной мере эмпиризма. Н. И. Пирогов заложил фундамент новой науки хирургической анатомии. Все это повело к созданию нового анатомо-физиологического направления в хирургии. Анатомические, патологоанатомические, экспериментальные и клинические исследования Пирогова имели прежде всего практические цели: проникновение в сущность патологических процессов 'И улучшение способов лечения.

В практической врачебной и преподавательской деятельности Пирогов больше всего известен как хирург. Он успешно производил самые серьезные операции. В течение 30 лет он работал в госпиталях и клиниках. Пирогов был хирургом-экспериментатором, хирургом-новатором. Свою диссертацию о перевязке брюшной аорты он построил целиком на экспериментах. Применение эксперимента на животных для решения клинических вопросов аз первой половине XIX века было редким явлением. Н. И. Пирогов многие вопросы хирургии (перерезка ахиллова сухожилия, костная пластика, наркоз и др.) решал с широким применением эксперимента. Многочисленные работы его посвящены практическим и теоретическим проблемам хирургии. Он разработал способ костнопластического удлинения костей голени при вылущении стопы (1851), писал о резекции коленного сустава, о перерезывании ахилловой жилы и о пластическом процессе, происходящем при сращении концов перерезанной жилы, о ринопластике.

В опубликованных ученым клинических лекциях по хиругии наряду с критическими обзорами, охватывающими многие вопросы частной хирургии, Н. И. Пирогов высказал догадки, предположения и утверждения, на многие годы опередившие науку того времени.

Ранее Пастера и Листера Пирогов сделал гениальное предположение о том, что нагноительные осложнения ран зависят от живых возбудителей «...Миазма, заражая, сама же и воспроизводится зараженным организмом,— писал он. — Миазма не есть, подобно яду, пассивный агрегат химически действующих частиц; она есть органическое, способное развиваться и возобновляться». Эти положения не остались у Н. И. Пирогова лишь теоретической догадкой. Он сделал из них и практические выводы, выделив в своей клинике в Петербурге специальные отделения для «зараженных госпитальными миазмами», не оставлял зараженных между свежеранеными и оперированными.

Н. И. Пирогов говорил, что необходимо «отделить совершенно весь персонал гангренозного отделения—врачей, сестер, фельдшеров и служителей, дать им и особые от других отделений перевязочные средства (корпию, бинты, тряпки) и особые хирургические инструменты». Н. И. Пирогов рекомендовал, чтобы «врач пиемического и гангренозного отделения обращал особое внимание на свое платье и руки». Говоря о широко применявшейся в то время при перевязке ран корпии, Н. И. Пирогов восклицал: «Можно себе представить, какова должна быть под микроскопом эта корпия? Сколько в ней яиц, грибков и разных спор! Как легко она делается сама средством к перенесению зараз!».

Велики заслуги Н. И. Пирогова в области обезболивания. Одним из первых в Европе  применив эфир во время операции, Н. И. Пирогов впервые в мире воспользовался эфирным наркозом при оказании помощи раненым на поле сражения в Салтах. Эфирный наркоз, с рекламной шумихой чисто эмпирически применявшийся в Америке и Западной Европе, сопровождался опасными осложнениями. Предложив новые разновидности методики эфирного наркоза, Н. И. Пирогов деятельно поддержал А. М. Филомафитского в экспериментальном изучении эфирного и хлороформного наркоза, благодаря чему русская наука уже в середине XIX столетия показала всему миру пути научного разрешения и практического применения наркоза.

Общеизвестна выдающаяся роль Н. И. Пирогова в создании военно-полевой хирургии и разработке вопросов организации военно-медицинского дела. Личное участие во многих войнах, особенно в крымской кампании (в Севастополе), дало Н. И. Пирогову огромный опыт в лечении раненых и помогло внести много новаторских предложений для оказания неотложной помощи раненым на поле боя. Еще в то время Н. И. Пирогов говорил: «Возможность эфирования на поле сражения неоспоримо доказана». Н. И. Пирогов высказался за рассечение входного и выходного отверстий «при неудобствах транспорта раненых и при недостатках тщательного присмотра за ними», отказался от ранних ампутаций при огнестрельных ранениях конечностей с повреждением костей, рекомендовал «сберегательную хирургию», разработал и ввел в широкую практику методы иммобилизации конечности (крахмальную, гипсовую повязки). Н. И. Пирогов писал: «Крахмальная повязка... могла бы во многих случаях сделать ненужным отнятие (ампутацию)». Крахмальная повязка, по мнению Е. И. Смирнова, явилась концом учения Ларрея и Буша о ранних ампутациях.

Н. И. Пирогов первый в России ввел гипсовую повязку. Он писал о ней: «Неподвижная повязка, неизвестная или совсем забытая германскими, французскими и английскими хирургами, в 1848—1855 гг. введена лишь в виде моей гипсовой повязки в первый раз в военно-полевую практику и в 1870 г. была уже почти во всеобщем употреблении в германских военных госпиталях, хотя и вовсе не в том разнообразном ее применении, которое она находит в моих руках».

В книге «Начала общей военно-полевой хирургии» в 1864 г. Пирогов высказал свои положения по оказанию помощи раненым. Позднее Пирогов изложил свои мысли в виде тезисов в сочинении «Военное врачебное дело и частная помощь на театре войны в Болгарии» после посещения Балкан для инспектирования госпиталей в 1877 г. Приведем здесь некоторые из них: «Война — это травматическая эпидемия. Свойства ран, смертность и успех лечения зависят преимущественно от различных свойств оружия.

Не операции, спешно произведенные, а правильно организованный Уход за ранеными и сберегательное (консервативное) лечение в самом широком размере должно быть главной целью хирургической и административной деятельности на театре войны. Хорошо организованная сортировка раненых на перевязочных пунктах и в военно-временных госпиталях есть главное средство для оказания правильной помощи...».

Во время крымской войны Пирогов впервые высказал мысль о необходимости «складочного места» — прообраза сортировочного пункта. В дни осады Севастополя Н. И. Пирогов впервые ввел сортировку раненых, ставшую в наше время основой работы полевой медицинской службы. В своих отчетах о войнах, в которых Н. И. Пирогов принимал участие, и особенно в классическом труде «Начала общей военно-полевой хирургии, взятые из наблюдений военно-госпитальной практики и воспоминаний» (1865—1866, переизданы в 1941 и 1945 гг.)

Н. И.    Пирогов    подробно сформулировал основные положения организации военно-медицинского дела. Н. Н. Бурденко писал: «Все эти вопросы в его время еще не были решены. Всему этому материалу, накопленному в виде отдельных наблюдений, недоставало синтетической обработки. Пирогов взялся за эту колоссальную задачу и выполнил ее с .исчерпывающей полнотой для своего времени, с объективной практикой, с признанием чужих и своих ошибок, с одобрением новых методов, пришедших на смену как его собственным взглядам, так и взглядам его передовых современников». На открытии в 1897 г. памятника Пирогову в Москве Н. В. Склифосовский отметил, что «указания и советы и глубокие научные сведения, содержащиеся в классическом сочинении Пирогова „Начала общей военно-полевой хирургии" совершенно изменили взгляды на военно-врачебное дело». Основные положения Н. И. Пирогова сохранили свое значение до нашего времени и вошли в военно-медицинскую доктрину, принятую в Советской Армии.

Некоторые положения Н. И. Пирогова, решительные его возражения против крупных госпиталей, требование рассеивания раненых и больных, неприемлемые с современной точки зрения, объяснялись в его время уровнем развития эпидемиологии, гнойной хирургии и госпитальной гигиены.

Замечательна деятельность Н. И. Пирогова и как педагога. Уделяя особенное внимание педагогическому процессу, он всегда стремился к большой наглядности в изложении курса. Он широко проводил демонстрации на лекциях, применял новые методы преподавания анатомии и хирургии, ввел клинические обходы. Особого упоминания заслуживает необыкновенно высокая требовательность Н. И. Пирогова к себе как к педагогу. Он писал: «Я считаю священной обязанностью добросовестного преподавателя немедленно обнародовать свои ошибки и их последствия для предостережения и назидания других, еще менее опытных, от подобных заблуждений», «Откровенное и добросовестное описание деятельности даже малоопытного практика для начинающих врачей имеет важное значение. Правдивое изложение его действий, хотя бы и ошибочных, укажет механизм самых ошибок и на возможность избегнуть повторения по крайней мере там, где это достижимо». Этим своим установкам Н. И. Пирогов строго следовал в жизни. И. П. Павлов отмечал, что великой заслугой Н. И. Пирогова являлся его беспощадный критический подход к себе и к своей работе. «Первым его профессорским подвигом, — говорил И. П. Павлов, — было издание его «Клинических анналов», в известном отношении небывалое издание. Такая беспощадная, откровенная критика к себе и своей деятельности едва ли встречается где-нибудь в медицинской литературе. И это — огромная заслуга! В качестве врача около больного, который отдает свою судьбу в ваши руки, и перед учеником, которого вы учите, ввиду почти всегда непосильной, но обязательной задачи, у вас одно спасение, одно достоинство—это правда, ничем не прикрытая правда».

Научные открытия Пирогова имеют мировое значение. Они оказали большое влияние на развитие хирургии во всех странах. Многие стороны научной и клинической деятельности Н. И. Пирогова имели существенное влияние на последующее развитие медицины и сохранили свое значение Для современной медицины: создание топографической и хирургической анатомии, введение в хирургическую практику эфирного наркоза, истолкование воспаления как реакции организма в целом, разработка учения о инфекционной природе раневого процесса, о действии антисептиков. Русская хирургия продолжала развиваться на анатомо-физиологической основе. Характеризуя влияние Н. И. Пирогова, В. А. Оппель в «Истории русской хирургии» писал: «Школа Пирогова более широка, чем узкий круг его личных учеников». Крупные отечественные хирурги второй половины XIX века и начала XX века Н. В. Склифосовский, П. И. Дьяконов. А. А. Бобров, И. К. Спижарный, С. П. Коломнин, И. И. Насилов, Е. Н. Богдановский, М. С. Субботин, Н. А. Вельяминов, В. И. Разумовский и др. были верными последователями Н. И. Пирогова и развивали его учение в новых условиях антисептики и асептики. Их объединяли принципы Н. И. Пирогова в разрешении научных проблем, строгий учет клинических фактов, всестороннее изучение больного, материалистическое объяснение патологических процессов. Продолжатели идей Н. И. Пирогова К составили пироговскую школу.

Высказывания Н. И. Пирогова по вопросам педагогики многообразны и интересны. Его статья «Вопросы жизни» в 1856 г. получила высокую оценку Н. Г. Чернышевского, Н. А. Добролюбова и Н. Д. Ушинского. Пирогов вел неустанную борьбу с сословными предрассудками в области воспитания и образования подрастающего поколения. Он горячо стремился к осуществлению всеобщего начального обучения, защищал право на образование не только русских, но и угнетаемых царским правительством национальностей, добивался, чтобы наука в России стала доступной широким массам.

Большое значение придавал Н. И. Пирогов гигиене как науке, которая поможет сберечь, предохранить человечество от заболеваний. Он писал: «Я верю в гигиену. Вот где заключается истинный прогресс нашей науки. Будущее принадлежит медицине предохранительной. Эта наука, идя рука об руку с государственной, принесет несомненную пользу человечеству». Пренебрежение гигиеной Н. И. Пирогов считал историческим заблуждением человеческого общества. Его слова «Будущее принадлежит медицине предохранительной» стали девизом передовой врачебной общественности. Понятию «травматическая эпидемия» Н. И. Пирогов придавал широкий смысл, понимая под этим «сумму разного рода насилий и лишений, поражающих массы случайных людей в новых для них местностях и в закрытых ограниченных пространствах...». С гигиенических позиций подходил Н. И. Пирогов к обоснованию созданного им выжидательного метода лечения с одновременным проведением гигиенических мероприятий. Пирогов высоко ценил статистику и пользовался статистическим методом Для изучения показаний к хирургическому вмешательству, результатов лечения, исходов операций, причин заболеваемости и смертности в войнах.

Н. И. Пирогов всю свою жизнь оберегал честь родины. Он всегда считал, что русская культура и наука шли и идут самостоятельными путями. Свой глубокий патриотизм и любовь к родине Н. И. Пирогов выразил следующими словами: «Люблю Россию, люблю честь родины».

Кратко и ярко охарактеризовал Н. И. Пирогова И. П. Павлов: «Ясными глазами гениального человека, на самых первых порах, при первом прикосновении к своей специальности — хирургии, — он (Пирогов.— М.) открыл естественнонаучные основы этой науки: нормальную и патологическую анатомии и физиологический опыт и в короткое время настолько на этой почве установился, что сделался творцом в своей области. Почти только лишь выйдя из юношеского возраста, он, оказавшись за границей, не только не изобразил из себя робкого ученика, но смотрел на иностранных учителей как строгий критик и взял от них только то, что действительно представляло ценность».

Цитатник

Врач без интуиции не добьется успеха.

Парацельс из Гогенгейма

Коллеги и партнеры